Category: праздники

Category was added automatically. Read all entries about "праздники".

Как большевики запретили Рождество

🎅

Только в 1991 году Рождество Христово стало выходным днем, получив тем самым признание на государственном уровне после 70 лет забвения и выкорчевывания его из народного сознания. Большевики с самых первых дней после своего переворота бросили все силы на то, чтобы высмеять праздник, опозорить и унизить верующих.

«Скоро будет Рождество — гадкий праздник буржуазный…» — писали пролетарские поэты в большевицких газетах. И с этим «буржуазным праздником» всячески боролась власть. Крымский обком партии в 1923 г. принял постановление о праздновании «комсомольского рождества», которое должно было преследовать три цели: отвлечь население от празднования Рождества Христова, «создать религиозный праздник, который бы создавал антирелигиозный быт», развить широкую антирелигиозную пропаганду..

Collapse )

В итоге большевики заменили Рождество празднованием Нового года. И по сей день в России принято отмечать с большим размахом и весельем встречу Нового года в самый разгар поста, нежели Рождество Христово.

https://www.facebook.com/decommunization/posts/372928779923570?__tn__=K-R

СОЧЕЛЬНИК Н. Туроверов 1926

Темнее стал за речкой ельник.
Весь в серебре синеет сад
И над селом зажёг сочельник
Зелёный медленный закат.
Лиловым дымом дышат хаты,
Морозна праздничная тишь.
Снега, как комья чистой ваты,
Легли на грудь убогих крыш.
Ах, Русь, Московия, Россия,
Простор безбрежно снеговой,
Какие звёзды золотые
Сейчас зажгутся над тобой.
И всё равно, какой бы жребий
Тебе ни бросили года,
Не догорит на этом небе
Волхвов приведшая звезда.
И будут знать и будут верить,
Что в эту ночь, в мороз, в метель
Младенец был в простой пещере
В стране за тридевять земель.

О РОЖДЕСТВЕНСКОМ ПОСТЕ. Проповедь Священномученика Анатолия Жураковского, 1927 год.


Сегодня, идя в церковь, вряд ли кто из вас вспомнил, какое большое событие завтра в нашей церковной жизни. Завтра у нас начинается Рождественский пост, сорокадневный, – малая четыредесятница. Наблюдая небесный свод, мы видим, что появляются в определенное время, через известные промежутки времени, то одни светила, то другие, образуя собой целый круг светил. В нашей церковной жизни образуется также круг воспоминаний, празднеств и приготовлений к ним. Все мы с детства привыкли ожидать праздники и готовиться к ним, особенно к празднику Пасхи. Мы знаем, что есть Великий пост, подготовляющий нас к Пасхе, но от нашего внимания как-то ускользает, что есть и другие посты, очень важные. А между тем, Церковь установила, кроме Великого весеннего поста, еще пост летний – Петровку, осенний – Успенский и зимний – Рождественский. Церковь как бы каждое время года начинает этими постами, подготовляясь ими к празднику.

Собственно говоря, что такое пост? Это, прежде всего, изменение обычной пищи, некоторое ограничение ее, воздержание в ней. Современный человек находит, не желая считаться с седой древностью, желая быть выше Церкви, что постная пища совершенно излишня. А между тем, обратясь к глубокой древности, мы видим, что Моисей перед получением скрижалей с начертанными рукой Господней заповедями постился сорок дней. Другой пророк, Илия, перед получением откровений Господних постился сорок дней. Наконец, сорок дней в пустыне дикой, в полном уединении и одиночестве, где тишина нарушалась лишь воем шакалов, сорок дней постился Иисус Христос.

Для чего же нужен пост? Вспоминая предыдущие годы, мы можем сказать, что бывало иногда: внешние обстоятельства были слишком тяжелы, а у нас с наступлением праздника все же пробуждалось что-то светлое, радостное на душе. И наоборот, обстоятельства жизни были благоприятные, мы приготовлялись к празднику, суетились, ожидали от него получить радость, но вместо радости, с наступлением праздника, наша осуетившаяся душа чувствовала себя совсем не празднично, и, придя в храм, мы ощущали лишь пустоту, и тоскливо ныло наше сердце. Вспоминается рассказ Гоголя, как он попал в святые места, в Вифлеем. Шел дождь, был ветер, и стало тоскливо и буднично у него на душе. Ему казалось, что он не здесь, в святом месте, куда так стремился попасть к празднику, а где-то далеко, у себя на родине. Выходит, что есть какое-то внутреннее чувство сознания, переживания праздника, независимое от внешней обстановки.

Мы привыкли готовиться к празднику внешне, а Церковь зовет нас приготовиться внутренне, и как средство внутреннего приготовления, Церковь предлагает, устанавливает пост. Пост, по словам одного подвижника, – это крылья души, которыми мы поднимаемся к Богу, чтобы тело наше посредством поста несколько утончалось и душа могла воспарять от земных интересов, как бы освобождаться от дебелой, тяжелой и страстной нашей плоти. Как для постройки здания нужен тот или иной материал, так и тело наше созидается, образуется из той или иной пищи. Оттого Церковь и рекомендует нам, готовясь к празднику, изменить обычную нашу пищу, чтобы душа наша могла стать близка к Богу. В наше тяжелое время есть многие из нас, которым приходится не только ограничивать себя в пище круглый год, но даже и в праздники они не могут разрешить себя от этого вынужденного поста. Конечно, многие из нас по сложившимся обстоятельствам не могут поститься. Церковь, предлагая пост, совсем не хочет истязать человека, а хочет лишь спасти его душу. Один святитель сказал, что все, что ты не можешь – простится тебе, но за все, что ты не хочешь – взыщется с тебя. Важно желание, стремление приготовить душу свою к принятию праздника, чтобы, войдя на праздник в храм, у нас было бы радостно и светло на душе, чтобы не было той беспросветной тоски, которая так часто охватывает нас в будни.

Если мы хотим с вами быть настоящими церковными людьми, мы обязаны прислушиваться к тому, к чему зовет нас Церковь. К Пасхе Христовой мы еще приготовляемся постом, а на приготовление внутреннее к Рождеству Христову, которое один подвижник называет зимней Пасхой, мы просто не обращаем совсем внимания. В древности служба во время Рождественского поста была такой же, как и во время Великого поста. Читалась молитва Ефрема Сирина, в среду и пятницу, когда это были не праздничные дни, служились только часы. Правда, таких дней приходилось всего девять, когда бывали только часы, так как на Рождественский пост падает много праздников. В 1918 году в Москве был последний Всероссийский собор, на котором было постановлено восстановить этот древний обычай, но времена у нас сейчас стоят лукавые, никто из нас не может быть уверенным в завтрашнем дне, а поэтому Церковь не хочет оставлять прихожан без литургии по средам и пятницам. Дома же пусть каждый из нас читает молитву Ефрема Сирина во время Рождественского поста.

Память святых Церковь празднует не всегда в день кончины их. Во время Великого поста, когда воспоминаний и так слишком много, мы можем заметить, что совсем нет праздников. Послезавтра – 16 ноября – Церковь празднует память Матфея, который особенно подробно говорит в Евангелии о Рождестве Иисуса Христа. В конце месяца Церковь вспоминает апостола Андрея Первозванного, который первый пошел за Иисусом Христом. Церковь предлагает приготовиться к празднику Рождества Христова не только постом, она воспоминаниями святых, апостолов, пророков, преподобных, святых отцов и святых праотцев подготовляет нас к восприятию образа Иисуса Христа, рождшегося от Пресвятой Девы. Церковь как бы окружает ими всеми Рождающегося Иисуса Христа и Пресвятую Деву. Когда мы подъезжаем к селению, то издали мы различаем все больше и больше огоньков, как бы свечечек, вот этими-то свечечками, огоньками и будут воспоминания об апостолах, пророках, святых, которые подготовят нас к восприятию Самого источника Света, Солнца нашего, рождшегося от Пресвятой Девы Марии, Господа нашего Иисуса Христа. В декабре Церковь празднует память пророков Наума, Аввакума, Даниила, которые пророчествовали о рождении Иисуса Христа. Церковь празднует память преподобных: Афанасия, затворника Печерского, Саввы Освященного, Иоанна постника Печерского, священномученика Вонифатия, Петра, святых Гурия, Самона и Авива, Святителя Николая Мирликийского чудотворца, святого Амвросия, святого Митрофана Воронежского, святого Игнатия Богоносца и других святых, святых великомучениц, чистых юных девственниц, последовательниц Иисуса Христа, память святой Варвары и святой Екатерины, святой Иулиании, Анастасии и Евгении перед самым уже праздником. За две недели до Рождества Церковь вспоминает всех святых праотцев, начиная Адамом и кончая Иоанном Крестителем и Иосифом Обручником, всех ветхозаветных праведников, живших верою в имеющего прийти Спасителя. За неделю Церковь вспоминает память святых отцов.

Кроме приготовления к празднику постом, воспоминаниями памяти пророков, апостолов, святых, Церковь подготовляет нас еще особыми песнопениями. Еще задолго до Рождества Христова, перед праздником Введения во храм Пресвятой Девы, вы услышите «Христос раждается» – слова, взятые из проповеди Григория Богослова. Перед праздником Андрея Первозванного вы услышите «О, ты Вифлееме, воцаривыйся над всей вселенной», перед праздником Святителя Николая Мирликийского вы услышите, если будете внимательно слушать, песнопение, выражающее недоумение о тайне рождения Иисуса Христа, а также и слова о том же Божией Матери: «Как будет сие?»

И всего этого, однако, мало. Святой Симеон Новый Богослов говорит, что приготовление к празднику будет лишь внешним, хотя мы и зажигаем большое количество свечей и лампад, и воскуряем фимиам, и готовим обильную трапезу. Все это нужно, по словам святого, но к этому нужно еще, чтобы зажглись лампады и свечи в душе у нас к Господу Богу, чтобы воскурившийся фимиам обволок душу, и исполнилась она благодатью Духа Святого. Ничего не говорит святой против трапезы праздничной для нас и родных наших и друзей, но важнее всего и несравненна та трапеза, которая приготовится здесь, на престоле, чтобы в этот день и мы, подготовившись, удостоились принять Святую Евхаристию.

В Вифлееме показывают пещеру, где по преданию родился Иисус Христос от Девы Марии. Будем же молить Бога, чтобы к этому празднику душа наша уподобилась пещере, где Духом Святым было бы написано: «Здесь родился Иисус Христос».

Из книги Мы спасаемся Его жизнью, Проповеди 1921–1930 гг. Статьи, Дух і літера, 2012.
http://www.ostrova.org/diy/tips/rozhdpost/

МАСЛЕНИЦА. ОТРЫВОК ИЗ РОМАНА И.С.ШМЕЛЁВА «ЛЕТО ГОСПОДНЕ»



Масленица кончается: сегодня последний день, «прощеное воскресенье». Снег на дворе размаслился. Приносят «масленицу» из бань — в подарок. Такая радость! На большом круглом прянике стоят ледяные горы из золотой бумаги и бумажные вырезные елочки; в елках, стойком на колышках, — вылепленные из теста и выкрашенные сажей, медведики и волки, а над горами и елками — пышные розы на лучинках, синие, желтые, пунцовые… — верх цветов. И над всей этой «масленицей» подрагивают в блеске тонкие золотые паутинки канители. Банщики носят «масленицу» по всем «гостям», которых они мыли, и потом ужприносят к нам. Им подносят винца и угощают блинами в кухне.

И другие блины сегодня, называют — «убогие». Приходят нищие — старички, старушки. Кто им спечет блинков! Им дают по большому масленому блину — «на помин души». Они прячут блины за пазуху и идут по другим домам.

Я любуюсь-любуюсь «масленицей», боюсь дотронуться, — так хороша она. Вся — живая! И елки, и медведики. и горы… и золотая над всем игра. Смотрю и думаю: масленица живая… и цветы, и пряник — живое все. Чудится что-то в этом, но — что? Не могу сказать.

Уже много спустя, вспоминая чудесную «масленицу», я с удивленьем думал о неизвестном Егорыче. Умер Егорыч — и «масленицы» исчезли; нигде их потом не видел. Почему он такое делал? Никто мне не мог сказать. Что-то мелькало мне?.. Пряник… — да не земля ли это, с лесами и горами, со зверями? А чудесные пышные цветы — радость весны идущей? А дрожащая золотая паутинка — солнечные лучи, весенние?.. Умер неведомый Егорыч — и «масленицы», живые, кончились. Никто без него не сделает.

Звонит к вечерням. Заходит Горкин — «масленицу» смотреть. Хвалит Егорыча:

— Хороший старичок, бедный совсем, поделочками кормится. То мельнички из бумажек вертит, а как к масленой подошло — «масленицы» свои готовит, в бани, на всю Москву. Три рубля ему за каждую платят… сам выдумал такое, и всем приятность. А сказки какие сказывает, песенки какие знает!.. Ходили к нему из бань за «масленицами», а он, говорят, уж и не встает, заслабел… и в холоду лежит. Может, эта последняя, помрет скоро. Ну, я к вечерне пошел, завтра «стояния» начнутся. Ну, давай друг у дружки прощенья просить, нонче прощеный день.

Он кланяется мне в ноги и говорит — «прости меня, милок, Христа ради». Я знаю, что надо делать, хоть и стыдно очень: падаю ему в ноги, говорю — «Бог простит, прости и меня, грешного», и мы стукаемся головами и смеемся.

— Заговены нонче, а завтра строгие дни начнутся, Великий Пост. Ты уж «масленицу»-то похерь до ночи, завтра-то глядеть грех. Погляди-полюбуйся — и разбирай… пряничка поешь, заговеться кому отдай.

Приходит вечер. Я вытаскиваю из пряника медведиков и волков… разламываю золотые горы, не застряло ли пятачка, выдергиваю все елочки, снимаю розы, срываю золотые нитки. Остается пустынный пряник. Он необыкновенно вкусный. Стоял он неделю в банях, у «сборки», где собирают выручку, сыпали в «горки» денежки — на масленицу на чай, таскали его по городу… Но он необыкновенно вкусный: должно быть, с медом.

Поздний вечер. Заговелись перед Постом. Завтра будет печальный звон. Завтра — «Господи и Владыко живота моего…» — будет. Сегодня «прощеный день», и будем просить прощенья: сперва у родных, потом у прислуг, у дворника, у всех. Вассу кривую встретишь, которая живет в «темненькой», и у той надо просить прощенья. Идти к Гришке, и поклониться в ноги? Недавно я расколол лопату, и он сердился. А вдруг он возьмет и скажет — «не прощаю!»?

Падаем друг дружке в ноги. Немножко смешно и стыдно, но после делается легко, будто грехи очистились.

Мы сидим в столовой и после ужина доедаем орешки и пастилу, чтобы уже ничего не осталось на Чистый Понедельник. Стукает дверь из кухни, кто-то лезет по лестнице, тычется головою в дверь. Это Василь-Василич, взъерошенный, с напухшими глазами, в расстегнутой жилетке, в розовой под ней рубахе. Он громко падает на колени и стукается лбом в пол.

— Простите, Христа ради… для праздничка… — возит он языком и бухается опять. — Справили маслену… нагрешили… завтра в пять часов… как стеклышко… будь-п-койны-с!..

— Ступай, проспись. Бог простит!.. — говорит отец. — И нас прости, и ступай.

— И про… щаю!.. всех прощаю, как Господь… Исус Христос… велено прощать!.. — он присаживается на пятки и щупает на себе жилетку. — По-бо-жьи… все должны прощать… И все деньги ваши… до копейки!.. вся выручка, записано у меня… до гро-шика… простите, Христа ради!..

— Его поднимают и спроваживают в кухню. Нельзя сердиться — прощеный день.

Помолившись Богу, я подлезаю под ситцевую занавеску у окошка и открываю форточку. Слушаю, как тихо. Черная ночь, глухая. Потягивает сыро ветром. Слышно. как капает, булькает скучно-скучно. Бубенцы, как будто?.. Прорывается где-то вскрик, неясно. И опять тишина, глухая. Вот она, тишина Поста. Печальные дни его наступают в молчаньи, под унылое бульканье капели.


И.С. Шмелев. Лето Господне

2/15 февраля - Сретение Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. С Праздником, друзья!

Тропарь, глас 1:
Ра́дуйся, Благода́тная Богоро́дице Де́во,/ из Тебе́ бо возсия́ Со́лнце Пра́вды - Христо́с, Бог наш,/ просвеща́яй су́щия во тьме./ Весели́ся и ты, ста́рче пра́ведный,/ прие́мый во объя́тия Свободи́теля душ на́ших,// да́рующаго нам воскресе́ние.

Кондак, глас 1:
Утро́бу Деви́чу освяти́вый Рождество́м Твои́м,/ и ру́це Симео́не благослови́вый,/ я́коже подоба́ше, предвари́в,/ и ны́не спасл еси́ нас, Христе́ Бо́же,/ но умири́ во бране́х жи́тельство // и укрепи́ ИМПЕРАТОРА, егоже возлюби́л еси́, Еди́не Человеколю́бче.

http://sinod-prc.livejournal.com/

Сегодня будет Рождество...Михаил Лермонтов


Михаил Лермонтов

Сегодня будет Рождество,
весь город в ожиданьи тайны,
он дремлет в инее хрустальном
и ждет: свершится волшебство.

Метели завладели им,
похожие на сновиденье.
В соборах трепет свеч и пенье,
и ладана сребристый дым.

Под перезвон колоколов
забьётся колоколом сердце.
И от судьбы своей не деться –
от рождества волшебных слов.

Родник Небес – тех слов исток,
они из пламени и света.
И в мире, и в душе поэта,
и в слове возродится Бог.

Колдуй же, вьюга-чародей,
твоя волшебная стихия
преобразит в миры иные
всю землю, город, и людей.

Встречаться будут чудеса,
так запросто, в толпе прохожих,
и вдруг на музыку похожи
людские станут голоса.