January 3rd, 2015

О том, как надлежит поступать с кощунниками. Святитель Иоанн Златоуст


Святитель Иоанн Златоуст

О том, как надлежит поступать с кощунниками

Раз у нас зашла речь о хуле, то я хочу просить вас об одной услуге, взамен этой речи и рассуждения, – именно, чтобы вы унимали в городе тех, кто богохульствует. Если ты услышишь, что кто-нибудь на распутьи или на площади хулит Бога, подойди, сделай ему внушение. И если нужно будет ударить, не отказывайся, – ударь его по лицу, сокруши уста его, освяти руку твою ударом; и если обвинят тебя, повлекут в суд – иди. И если судья потребует ответа, смело скажи, что он похулил Царя ангелов, ибо если следует наказывать хулящих земного царя, то гораздо больше оскорбляющих Того. Преступление одного рода – оскорбление. Обвинителем может быть всякий, кто хочет. Пусть узнают и иудеи и эллины, что христиане – хранители и защитники Города. Пусть то же самое узнают распутники и развратники, что именно им следует бояться слуг Божиих...

Исправляй, по крайней мере, хоть равного себе, и если даже надо будет умереть, не переставай вразумлять брата. Это будет для тебя мученичеством... До смерти борись за Истину и Господь будет сражаться за тебя...

И не говори мне таких бессердечных слов: "Что мне заботиться о богохульнике? У меня нет с ним ничего общего". У нас нет ничего общего только с дьяволом, со всеми же людьми мы имеем весьма много общего. Они имеют одну и ту же с нами природу, населяют одну и ту же землю, питаются одной и той же пищей, имеют одного и того же Владыку, получили один и тот же естественный закон, призываются к тому же самому добру, что и мы. Не будем, поэтому говорить, что у нас с ними нет ничего общего, потому, что это голос сатанинский, дьявольское бесчеловечие. Не станем же говорить этого, а покажем подобающую братьям заботливость...

Достаточно одного человека, воспламененного ревностью, чтобы исправить весь народ. Не по чему иному, как по нашей лишь беспечности, а отнюдь не слабости, многие погибают и падают духом! Не безрассудно ли, в самом деле, что если мы увидим драку, то бежим на площадь и мирим дерущихся? Да что я говорю – дерущихся?! Если увидим, что упал осел, то все спешим подать руку и поставить его на ноги! А о гибнущих братьях не заботимся. Богохульник – тот же осел, не вынесший тяжести своего гнева и упавший. Подойди же и подними его и словом и делом, и кротостью и силой. Пусть разнообразно будет лекарство. И если мы так устроим свои дела, что будем искать спасения ближних, то вскоре станем желанными и любимыми и для самих тех, кто получает исправление. И насладимся будущими благами, которых все мы да достигнем благодатию и человеколюбием.

http://russkiysobor.com/zlatoskoshunn.htm

«РУССКИЙ НАРОД ЖИВЕТ ТОЛЬКО ПРАВОСЛАВИЕМ И ЕГО ИДЕЯМИ». ФЕДОР ДОСТОЕВСКИЙ

Преподобный Иустин (Попович)

ДОСТОЕВСКИЙ О ЕВРОПЕ И СЛАВЯНСТВЕ

«РУССКИЙ НАРОД ЖИВЕТ ТОЛЬКО ПРАВОСЛАВИЕМ И ЕГО ИДЕЯМИ»


«Русский народ живет только Православием и его идеями»«Непогрешимому» человекобогу Европы противостоит Богочеловек Христос. Воображаемая человеческая непогрешимость создает ужасные людоедские миры, в которых все завершается хаосом и анархией. А благой Богочеловек восстанавливает полную гармонию человека с Богом, человека с человечеством, человека со всеми Божьими мирами. Поэтому Он единственный оправдывает перед людьми Бога, создавшего такой мир и такую жизнь. Поэтому и мятежный дух Достоевского нашел в Его чудесной Личности полное упокоение за все свои мучения, нашел в нем полное разрешение всех своих проблем. Этому дивному Лику Христа он пропел свои гимны, пропел величания, которых мир не слышал.

Через Богочеловека измученный Достоевский принял и Бога, и мир, примирился и с Богом, и с миром, нашел вечный смысл и вечную ценность всего сущего. Поэтому для него Лик Богочеловека Христа – все и вся. А поскольку этот Лик сохраняется в первозданном совершенстве и чистоте только в Православии, то для него Православие – все и вся. Он неустрашимо исповедует Православие, смело борется за него А в конце своей жизни он отчетливо формулирует свое мировоззрение и вырабатывает формулу миссии русского народа в мировой истории. Эта формула гласит: «Православие есть – все». Вот что говорит Достоевский: «Русский народ живет только Православием и его идеями; кроме Православия в нем нет ничего другого и ничего ему не нужно, потому что Православие все, Православие – это Церковь, Церковь же – это венец всего, притом в вечности».

Для рода людского нет ничего более опасного, чем обоготворяющая непогрешимость европейского человека. Наша планета не видела более отвратительного бога, чем европейский человекобог. Поэтому гордому человекобогу Европы надо противопоставить православного Богочеловека Христа. «Надо, чтобы воссиял в ответ Западу, – говорит Достоевский, – наш Христос, Которого мы сохранили и Которого они не знали». «Самое удивительное чудо нашей планеты, вечный ее смысл, вечная ее радость, вечное ее утешение – Христов Лик, потерянный на Западе, Который во всем свете Своей чистоты сохранился в Православии», поэтому измученному человеку и человечеству ничто другое и не требуется, ибо Православие – это все. Тайны, как людям достичь совершенства и братства и как решить личные и общественные проблемы, при этом не соблазнившись ни человеком, ни Богом – содержатся в Православии. При этом метод один: личное самоусовершенствование по Христу и во Христе.

По убеждению Достоевского, непреходящую ценность русского народа составляет Православие. Это – самое великое, самое святое и самое лучшее в нем. Россия велика тем, что обладает драгоценностью над драгоценностями – Православием. В Православии – вся истина, достаточная и вечная для всех Божьих миров. «Россия несет внутри себя драгоценность, которой нет нигде больше – Православие, что она – хранительница Христовой истины, но уже истинной истины, настоящего Христова образа, затемнившегося во всех других верах и во всех других народах». Образом Христа предопределена судьба России.

Collapse )

Нет замены публичному покаянию архиерея, который погрешал публично в вопросах веры.Владимир Мосс

К «Большому Собору» Истинно-Православной Церкви. Владимир Мосс

Этот месяц (июнь 2014) ознаменовался появлением исправленной версии документа “Истинно-Православная Церковь и ересь экуменизма”[1], принятого Истинно-Православными Церквями Греции и Румынии и “Русской Зарубежной Церковью” митрополита Агафангела. Несмотря на то, что автор настоящих строк не находит значительных изменений по сравнению с изначальным текстом документа, опубликованном в марте сего года (за исключением того необъяснимого факта, что, как явствует, ИПЦ Болгарии отозвала свое одобрение), все-таки, может быть, стоит еще раз взглянуть на два пункта, ставшие причиной разногласий. Первый – отсутствие четкого заявления о том, что Церкви Мирового православия не имеют благодати таинств, и второе – продолжающаяся двусмысленность вокруг той роли, которую должен играть будущий “Большой Собор” Истинно-Православной Церкви и его взаимосвязь с прежними Поместными Соборами ИПЦ.

Вопрос благодати

Рассматриваемый догматический документ (далее будем его называть “документ”) внешне выглядит очень строгим в отношении ересей экуменизма и сергианства, и если бы его целью было бы просто определенное формулирование экклезиологических истин, а не воссоединение так называемых “киприанитов” или “Синода противостоящих” с Истинно-Православной Церковью, то он, вероятно, вызвал бы значительно меньше или вовсе не вызвал бы критики. Однако, поскольку киприанизм возник, и необходимо раскаяние его ведущих сторонников, то он должен быть специально опровергнут и отвергнут в каждом из своих главных пунктов. А этого в документе и не сделано. Один из таких пунктов – убеждение, что еретики до их официального осуждения Всеправославным или Вселенским “Объединяющим” Собором, все еще находятся внутри Истинной Церкви и имеют благодать таинств, и что, в частности, Мировое православие сегодняшнего дня все еще имеет благодать таинств.

Collapse )

Покаяться или не покаяться – вот в чем вопрос. Соображения в отношении пользы Церкви как целого могут санкционировать различные компромиссы или снисхождения к человеческой немощи. Но также, как и в нашей личной жизни, грех, который не прощен – это грех нераскаянный, также и в общественной жизни Церкви – нет замены публичному покаянию архиерея, который погрешал публично в вопросах веры. Иначе, проблема будет продолжать тлеть и вспыхнет в еще более опасной форме. Ибо, как сказал Св. Василий Великий: “В Церкви нужно дойти до дна проблем с тем, чтобы искоренить болезнь от самых ее корней.” [3]




За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Митрополит Вениамин (Казанский)

Митрополит Петроградский и Гдовский Вениамин (Казанский).
Расстрелян в 1922 году.

В церковной истории прошлого века и особенно в борьбе за церковную свободу — Петроградской епархии в целом принадлежит особое место. Предшественник Митрополита Иосифа, Митрополит Вениамин (Казанский), в ряду первых Новосвященномучеников Русской Церкви пострадал за свою верность Церкви и претерпел мученическую кончину от богоборцев в 1922 г. Его бессмертные слова, написанные в тюрьме незадолго до расстрела и занявшие в церковном предании подобающее место наряду с посланиями древних мучеников, стали заветом и руководством для Русской Церкви в грядущих испытаниях. Написанные поистине не чернилами, а кровью, эти слова вдохновляли всех ревнителей церковной свободы, последовавших по стопам мужественного святителя:

«Тяжело страдать, но по мере наших страданий избыточествует утешение от Бога. Трудно
переступить этот рубикон, границу и всецело предаться воле Божией. Когда это совершится, тогда
человек избыточествует утешением и не чувствует самых тяжких страданий, полный среди страданий
радости и внутреннего покоя, он других влечет на страдания, чтобы они переняли то состояние, в
котором находится счастливый страдалец.


Об этом я ранее говорил другим, но мои страдания не достигли полной меры. Теперь, кажется, пришлось пережить почти все: тюрьму, суд, общественное заплевание, обречение и требование самой смерти под якобы народные аплодисменты, людскую неблагодарность, продажность, непостоянство и т. п., беспокойство и ответственность за судьбы других людей и даже за самую Церковь. Страдания достигли своего апогея, но увеличилось и утешение. Я радостен и покоен, как всегда. Христос — наша жизнь, свет и покой. С Ним всегда и везде хорошо.

За судьбу Церкви Божией я не боюсь. Веры надо больше, больше ее надо иметь нам, пастырям. Забыть свою самонадеянность, ум, ученость и дать место благодати Божией. Странны рассуждения некоторых, может быть, и верующих пастырей (разумею Платонова) — надо хранить живые силы, т. е. их ради поступиться всем. Тогда Христос на что? Не Платоновы, Вениамины и т. п. спасают Церковь, а Христос.

Та точка, на которую они пытаются встать, погибель для Церкви, надо себя не жалеть для Церкви, а не Церковью жертвовать ради себя. Теперь время суда. Люди и ради политических убеждений жертвуют всем. Посмотрите, как держат себя эсеры и другие. Нам ли, христианам, да еще иереям, не проявить подобного мужества даже до смерти, если есть скольконибудь веры во Христа, в жизнь будущего века?!"


http://ripc-vn.at.ua/publ/patriarkh_tikhon_i_borba_za_pravoslavie/1-1-0-68